Для родителей,
заинтересованных
в будущем
своих детей

Ключевые сферы


О родителях, которые не слышат своих детей

Убрать из избранного (0) Добавить в избранное (0) Опубликовано: 9 апреля 2013 г., 10:06

Лечу в самолете. Страшно хочется вздремнуть. Заснуть хотя бы на час, а лучше на все время перелета. Всю неделю до этого было очень много работы, возвращалась поздно, мало спала. Ничего, успокаивала себя, намечается поездка, в самолете и отосплюсь. Сейчас бы и исполнить это обещание, а рядом маленький ребенок, такой шустрый, бойкий, громкий, сорви-голова, и только. Все время теребит маму: «Мам, скоро приедем?» – «Скоро, милый, скоро!» И так несколько раз. «Я хочу гулять, пойдем выйдем!» – «Как мы выйдем, милый, это же самолет». И опять все сначала. «Я хочу побегать!» – «Нельзя! Потерпи!» – «Не хочу терпеть!» А почему, правда, он должен терпеть?» – вдруг подумала я. Почему из малого круга возможностей мы всегда выбираем самую простую. Ведь что может быть проще – встать и пройтись с ребенком по самолету. Или изучить маршрут самолета. Почему мы всегда стремимся прежде подавить маленького ребенка силой. Ну как же. Мы же все родители страшные педагоги – «детоводители». И вся наша система образования и воспитания строится на том, что мы берем и ведем ребенка за собой к намеченной нами же самими цели, чтобы он был лучше нас, лучше всех, лучше самых-самых. И не дай бог ему такое испытать, что мы имели. Вот так и ведем. Потому что ребенок еще не личность. Ничего не знает, не думает, не умеет. Да и не может знать, уметь, хотеть. Мы знаем все за него. Думаем, что знаем. Он хочет рисовать, а мы его в музыкальную школу, потому что музыкальная школа за углом. И нам так удобно. Зачем ребенка через весь город возить. Маленький еще. «Смотри-ка, что здесь нарисовано?» – Мама малыша, чтобы отвлечь его внимание, достала инструкцию по технике безопасности. Ребенок погрузился в план самолета. «А это где?» – ткнул он пальцем в план. «Не знаю, милый, смотри сам!» Ребенок покорно отстал. Боже, какой же момент упускает эта мама! Только что в ребенке проявился интерес к чему-то. Это же здорово. Потом, когда надо будет в школе изучать топонимику или географию, такого интереса уже точно не будет. Потому что он приходит тогда, когда есть интерес к открытию мира. Почему географию надо учить в средней школе, а не сейчас и не здесь, на борту самолета. Вы летите, а ниже под вами города. На схеме монитора показывают, над какими городами вы пролетаете. Это ведь важно для ребенка – осязать границы своего мира. Сегодня ему принадлежит значительная территория земли. Она под его ногами. Он может очертить для себя эти масштабы. Нужно помочь ему. Разберите с ним схему самолета. Очертите этот малый круг, в котором он себя чувствует в безопасности. А затем покажите на картинке экрана, как расширяется этот круг. Потом для масштаба покажите город из окна иллюминатора. Покажите очертания этого города. Вы приехали в чужую страну, у вас есть возможность показать ребенку людей другой нации. И какие программы толерантности, когда это ощущение, что у людей нет поводов для розни, рождается здесь, в этом самолете, когда рядом сидит человек другой национальности, но у него такие же проблемы, как у вас. У вас есть возможность здесь, в самолете, и далее в стране пребывания заложить эту основу в ребенка – невраждебное восприятие чужой культуры. Мы летим в самолете. Мама раскрыла свой женский журнал, ребенок изучает самостоятельно план самолета. Мама показывает мне журнал с рекламой нижнего белья: «Это невозможно. На всех столбах эта реклама, кого вообще хотят вырастить из наших детей!» Она жалуется мне, ища сочувствия. Я пожимаю плечами, для меня вопрос звучит риторически. Ответ у меня на него есть давно. Почему наши фильмы самые похотливо-слюнявые, а реклама отдает порнографическим душком. Потому что в 10-м классе этому режиссеру или клипмастеру показывали микельанджеловского Давида, прикрыв причинное место промокашкой. А класс при этом нервно хихикал. Интерес к физике тела появляется у ребенка в пять лет. Почему не поддержать этот интерес. Стоп, стоп. Без истерики. Я говорю про интерес познать, как устроен человек. Я знаю одного современного трехгодовалого ребенка, который вместе с бабушкой-врачом изучает анатомический атлас с названиями частей тела по латыни. Потому что у ребенка появился интерес. И этот интерес направили в нужное русло. Теперь он изучает кровеносную систему. Оказывается, есть такая программа для iРad, когда ребенок нажимает кнопочку, а там выходит название человеческих органов по-латыни. И ребенок выучил. Пожалуйста, вам – программа для студентов вузов. А здесь играючи освоил ребенок трех лет. Он знает, как устроен человек. Все. Он удовлетворил свой очередной запрос о познании этого мира. Ему уже не принесут знания о том, как устроен человек в извращенном виде «друзья» из подворотни. И он знает, что мужчина и женщина устроены по-разному. Вот и все. Спрашиваю ту бабушку: «А вы ребенка читать учите?» – «Нет, специально нет. Он тут сам у нас в компьютере в google все набирает. Мы сказали, что все, что тебе непонятно, можно еще там набрать. А он букв не знает. Кричит из комнаты: «Бабуля, покажи мне букву «ди»!» Подхожу, а он набирает: «ахотанакрака…» Показываю ему нужную букву, и компьютер ему правильную выдает картинку с «охотой на крокодила». Техника умнее нас, взрослых. Так он у нас все буквы выучил. И, правда, ведь, казалось бы, что проще: вы идете за вашим ребенком. Он каждый день дает вам сигнал: «Мама, поиграй со мной в прятки». Спрячьте игрушку, потом дайте ему план комнаты, с указанием места, где она спрятана. И вы зародили у него интерес к ориентированию на местности. Дав ему это знание, вы в какой-то мере обезопасили его, научив ориентироваться в окружающем его мире. Великий математик Владимир Арнольд, у которого, кстати, и дед, и отец были людьми науки, вспоминал, как в конце первого класса учительница вызвала его мать и сказала: «Я вашего сына перевести не могу, он до сих пор не выучил таблицу умножения, складывает в уме числа, вместо того чтобы умножать». И тогда бабушка сделала карты, наподобие игральных, но с примерами: семью восемь или пятью три. А на другой стороне – ответ. И они стали вместе играть. Если ответ был неправильный, карточки откладывались в сторону. Если правильный – в другую. И он выучил всю таблицу умножения. Почему он не мог выучить ее как все остальные дети? Потому что от него требовали автоматического принудительного заучивания. Бабушка превратила все это в игру. Мама по-прежнему читает журнал. Ребенок погрузился в план эвакуации самолета. Я не выдерживаю: «Вот, смотри: здесь находится дверь…» – показываю ему сначала на план, потом на дверь самолета. «Где? Где? Я не вижу. Эта дверь? А это что?» – оживляется малыш. Я совершенно по-взрослому и в подробностях рассказываю ему про то, что он видит. «Он все равно еще ничего не понимает, ему только 3,5!» – лениво замечает мне мама. «Да нет, он все понимает. Вы с ним занимаетесь?» – «Зачем, я читала, что психику ребенка нельзя перегружать! Вокруг него и так сегодня опасная агрессивная среда. Детей всему обучат в школе». –«Что вы, сегодня, наоборот, все говорят о раннем развитии ребенка!» – «Ерунда все!» Я отвернулась к окну. Наверное, надо было сказать этой маме, что чем раньше мы начнем развивать ребенка через его интерес, тем легче ему будет прийти к самому себе в будущем. Сколько нас, занимающихся не своим делом, не любящих свою работу и боготворящих свое хобби. Кстати, хобби имеют те, кто не сумел реализовать свои способности в своей основной профессии. Поэтому нам всем надо научиться сегодня идти за своим ребенком, и тогда все в его жизни будет очень хорошо. Впрочем, а зачем? Ерунда все… Мы же все родители – настоящие педагоги. Не пойдет – все равно утащим. И еще туда, куда нам самим надо.

Источник http://ng.ru/style/2013-04-05/12_parents.html

Комментарии (0)