Для родителей,
заинтересованных
в будущем
своих детей

Ключевые сферы


Возможности формирования социально благоприятной среды для подрастающего поколения в России

Убрать из избранного (0) Добавить в избранное (0) Опубликовано: 13 января 2012 г., 11:55

Жизнь современного российского ребенка до последнего времени протекала преимущественно в двух мирах. Первом - упорядоченном и организованном, который представляла из себя школа. И во втором - представляющем внешкольную среду, которая противоречива, специфична, в определенной мере стихийна. В школе ребенок имеет свои конкретные обязанности, он под контролем взрослых. На улице же он чувствует себя свободным от контроля и от обязанностей. В последние три года, благодаря, в том числе, и программе Интернетизации школы, добавился третий мир. Виртуальный. Он все настойчивее вытесняет из жизни школьника мир реальный. Потому что в большей степени учитывает интерес ребенка. Если бы виртуальный мир не делал этого, то ребенок просто исключил бы его из своей жизни. Поэтому вопрос надо ставить сегодня уже так: как сделать для ребенка реальный мир интересней мира виртуального. Как сделать реальный мир дружественным ребенку.
Возьмем местожительство ребенка. Его надо рассматривать как часть микросреды, активно влияющей на формирование и развитие его личности почти с самого его рождения. Еще задолго до прихода в школу ребенок включается в определенные отношения с людьми по месту своего жительства. Поэтому эта среда начинает влиять на ребенка еще раньше, чем все другие миры. Напомним, что социалистический опыт включал ребенка в социальную жизнь очень рано. Во времена СССР малышу давали ключ от квартиры (или клали его под коврик), и, начиная с шести-семилетнего возраста, он вообще был часто предоставлен самому себе. Чтобы процесс совсем уже не выходил из-под влияния взрослых, в каждом дворе были так называемые комнаты ребенка, куда можно было зайти, поиграть в настольную игру, или взять какой-нибудь инвентарь. То есть, ребенок очень рано приучался к самостоятельной жизни в обществе.
Школа и тогда, и сегодня была призвана координировать совместные усилия семьи и общественности по формированию социально благоприятной среды для воспитания детей. В ней должны были создаваться условия, которые снимали бы противоречия между целями воспитания и естественными потребностями нормально развивающегося человека. Сегодня тема взаимозависимости процесса воспитания с социальной средой, в которую погружен школьник, приобрела особую остроту и актуальность. С одной стороны, проблемы ребенка и семьи заставляют учебное заведение и учителя стать реальными защитниками детей. С другой стороны, делать это в современных условиях становится все трудней и трудней. Напоминаем, что ребенок сегодня живет в условиях четырех экранов.
По данным Фонда Общественного мнения (ФОМ), ребенок тратит на просмотр передач примерно 2-4 часа в день. Кроме того, много времени тратится на так называемый фоновой просмотр. Это когда ребенок находится в помещении с включенным телевизором.
Дети смотрят не только детские передачи, разумеется, но и сериалы для взрослых и даже ток-шоу. Например, по данным исследования Института социологии РАН (Владимир Собкин), по выборке учащихся 1-4 классов, проект «Дом-2» относится к числу наиболее предпочитаемых.
Стоит отметить, что с помощью телевизора осуществляется скрытая программа социализации. Телевидение влияет на общее психическое развитие, формирование интересов и склонностей, заимствование образцов и моделей поведения и воплощаемых в них систем ценностей и взглядов.
Так как дети не могут отличить подлинную информацию от ложной, не могут критически относиться к источнику информирования, то вся получаемая информация является рядоположенной. Исследования контента телепередач, идущих на нашем телевидении, свидетельствуют о том, что мы уже в течение длительного периода времени наблюдаем особую социокультурную технику работы телевидения по внедрению официально табуируемых норм и образцов поведения в массовое сознание. В результате младшие школьники, как оказывают опросы, имеют весьма смешанную картину мира. Западные социологи отмечают, что дети, часто пользующиеся телевизором, подвержены риску остаться без глубоких знаний о мире. Они хуже читают, им свойственна тревожность в сочетании с большой агрессивностью. Все это приводит к тому, что когда ребенок идет в школу, он меньше приспособлен к жизни.
Доступность информации (Интернет, телевидение, и все видео-технические средства) изменила не только характер самой информации, она перестала требовать от аудитории селективной, логической и концептуализирующей работы ума. В мире этой информации взрослые перестали быть проводниками детей в лабиринте знаний. Существует такой тезис, что область известного и область неизвестного соединены мостиком любопытства. По мере того, как электронные медиа размывают границу между ними, любопытство сменяется самонадеянной заносчивостью.
В связи с этим, как минимум, возникают два очень важных вопроса: как вернуть приоритет взрослого? Или как научиться ребенку и взрослому контактировать в этом новом мире?
На самом высоком государственном уровне сегодня присутствует такое убеждение, что трансляция образцов морали и мужественности не будет с энтузиазмом встречена населением. С другой стороны, в обществе сильны настроения, что сегодня достаточно примера «Тимура и его команды» для изменения ситуации с демонстрацией образцов морали для их повсеместного искусственного насаждения сверху.
Знания в свою очередь ребенок может получать не только через школу, но и через другие среды. Мир ребенка сегодня формируют среды, поэтому они должны превратиться из развлекающих в познавательные.
Согласно определению доклада Международной комиссии по образованию в 21 веке «Обучение как ценность», представленного в ЮНЕСКО в 1996 году, существуют «4 столпа обучения»: обучение для знаний, обучение для действий, обучение для бытия и обучение для жизни в обществе.
Концепция Всемирного фонда образования и Европейского консорциума фондов «Обучение – путь к благополучию» в своем докладе «Создание волны. Образование – путь к благополучию» призывают отказаться от некоторых стереотипов. Например, научиться воспринимать детей как равноправных партнеров, делая акцент на осознание личной ответственности, а не на факте послушания. Не воспринимать процесс обучения исключительно как процесс познания. Не акцентировать внимание на болезнях и способах их лечения, а сконцентрироваться на здоровье и благополучии. Отказаться от стандартизированной модели обучения и перейти к модели, направленной на развитие личности ребенка. И главное - перейти от разовых решений к системным. Это возможно при реализации соответствующей политики и в обществе в целом.
Условно говоря, город должен учить ребенка не только через плакаты «Сделаем мир чище!», или через одноразовые акции «Вымой свой город!», а через системные меры.
Развивая свою концепцию «Обучение – путь к благополучию», Всемирный фонд образования и Европейский консорциум фондов представляют себе формирование такого мира, в котором люди будут учиться тому, как полноценно участвовать в жизни общества. Это означает - раскрыть свой потенциал, найти себя, жить настоящим и при этом развиваться, ставить перед собой новые задачи и формировать свою личность ради будущего.
Как это сделать? Успешно работающие практики уже есть. Российский Фонд «Мое поколение» предлагает регионам воспользоваться уже имеющимися разработками о том, как сделать обучающей среду, окружающую ребенка. Например, в мегамоллах открывают мастер-классы по приготовлению и изготовлению какой-нибудь продукции для детей. В кафе, ресторанах, в государственных учреждениях открывают свои двери детям. Для того, чтобы у ребенка не пропал интерес к познанию, нужно обязательно учитывать тенденции времени.
Современная обстановка, в которой оказалось наше общество, настойчиво требует поиска новой модели общественного воспитания подрастающих поколений. Жизнь выдвинула задачи воспитания личности в открытой социальной среде, тесного взаимодействия всех воспитательных структур нашего общества.
Давайте посмотрим, какую роль выполняют в нашем обществе социальные службы. Давайте посчитаем бюджет, затраченный на их работу? Давайте взглянем на эффективность этой работы? По данным Уполномоченного по правам ребенка при Президенте РФ, сегодня одними только детьми занимаются 28 федеральных ведомств, и это не считая ведомств на региональном и муниципальном уровнях. Так и хочется спросить, а почему в таком случае количество детей зоны риска не только не уменьшается, но и постоянно растет? Почему количество детей-беспризорников в России достигло уровня Гражданской войны? По данным МВД, в последнее время число беспризорных составляет 2,17% от общего числа детей, то есть 2 из 100 детей в России – беспризорники. В России сегодня проживают 28 миллионов детей, и ежегодно появляется 115–120 тысяч сирот, 200–220 детей ежедневно отбирается у родителей; 600 тысяч находятся в интернатных заведениях разного вида.
Какие задачи ставят себе социальные службы сегодня? Проверял ли кто-нибудь, как осуществляется их работа? Как осуществляется данными службами диагностика семьи? Как оказывают соцслужбы «соответствующую помощь»?
Сегодня социальные службы занимаются всеми на одних и тех же принципах. Поэтому нет ничего удивительного, когда ребенок-инвалид после дома-интернета сразу переходит в дом престарелых (если за время пребывания в первом он так и не научился жить и обслуживать себя в социуме).
Безусловно, никто не оспаривает важность заботы о детях, нуждающихся в помощи. Но вместе с тем создается впечатление, что строя социальную помощь лишь на выплате пособий, тем самым пытаемся просто откупиться от них. Задача все-таки состоит в том, чтобы помочь всем нуждающимся социализироваться в нашем мире. Лучше, чтобы социальные службы занимались формированием среды, таким образом, преобразовывались в систему социальных лифтов.
Тюменскую модель работы органов соцопеки в этом аспекте можно привести в пример. «Электрик из села Н. Тюменской области по инвалидности потерял работу и запил. Вслед за главой семьи пустилась в загул и мать. Встал вопрос лишения обоих родителей родительских прав. Местные власти уговорили его попробовать себя в программе «самозанятости». Помогли написать бизнес-план и получить единовременную выплату в размере 25 тысяч рублей. Этих скромных денег хватило, чтобы закупить улья и попробовать себя в пчеловодстве. Вскоре хозяйство пчел разрослось. Нашли компаньонов – тоже многодетную семью. И появилась побочная деятельность - в виде предприятия по переработке продуктов пчеловодства. Сегодня бывший электрик и его семья – уважаемые люди в своем районе, предприниматели. О прошлом вспоминать не любят…».
С 2006 года в некоторых регионах страны реализуются межведомственные мероприятия по выходу семей на самообеспечение. Они предусматривают оказание адресной социально помощи малоимущим семьям в развитии личного подсобного хозяйства, занятия индивидуальной предпринимательской деятельностью, а также единовременной выплаты по выходу на самозанятость
Надо ли говорить, что данная стратегия должна быть поддержана обеспечением квалифицированными кадрами, профессионально подготовленными специалистами. В сложившихся условиях важно оценить необходимость такой социальной работы как новой, престижной и социально значимой профессиональной деятельности.
Одним из основных факторов, определяющих эффективность социальных лифтов, является территориальная мобильность семей. Что это означает? У семей должна быть возможность переехать в другой город, устроиться на работу и приобрести жилье. Практика раздачи бесплатного жилья молодым порождает иждивенческие настроения у остальных. Тем более что сама «раздача» работает все хуже и хуже. О социальном здоровье страны сегодня свидетельствуют доступные образовательные кредиты, работающая ипотека и нормальный рынок жилья, включающий строительство «доходных» домов для остронуждающихся.
Власти на местах следовало бы озаботиться созданием клубов, ассоциаций, объединений для активного вовлечения детей, особенно трудных подростков, в общественную жизнь. Необходимо системное преобразование интернатных учреждений для детей-сирот и детей, лишившихся родительского попечения, в центры семейного устройства детей. Нужны кардинально иные принципы и методы их организации и финансирования и иные критерии оценки их деятельности.
Вообще необходимо кардинальное переосмысление социальной работы с ориентацией ее на курирование семей в целом, с учетом всего комплекса их проблем и потребностей. Это, в первую очередь, воспитательная, образовательная, бытовая, материальная, психолого-педагогическая и правовая помощь повсеместно, и особенно в регионах.
Никто не пробовал проанализировать, во сколько нам обходится в месяц или год ребенок из нуждающейся семьи. Есть какие-то общие статистические данные по регионам. Сколько многодетных семей, скольким детям-инвалидам помогли. Сколько благотворительных мероприятий провели. Если же разделить суммы денег на количество детей, которым помогли, прибавить к этому финансовое содержание самих органов соцслужб, то в пересчете на одного ребенка получатся цифры астрономические. Согласно постановлению Правительства Москвы от 2010 года Департамент образования Москвы за 2011 год тратил на 1 детдомовского ребенка в год 623 453 рубля. Здесь открывается широкое поле для анализа экономической целесообразности расходования средств на детей, которые, к сожалению, этих средств могут на себе не почувствовать.
Хенрик Хаубро совместно с Бояном Захариевым подготовили «Белую книгу», в которой дали представление основных стратегических пробелов, которые необходимо восполнить для эффективного и результативного развития социальных служб для «детей риска» в России. Хотя в центре исследования только дети из уязвимых групп населения, книга дает объемную картину ситуации с соцслужбами в России.
Как считают авторы исследования, по минимуму, все социальные меры и службы должны пройти оценку эффективности и результативности, но надо учитывать и другие факторы, такие как их качество, равнодоступность к ним, их жизнеустойчивость и т.д. Информационный обмен является ключевым фактором для преодоления регионального неравенства в качестве социальных служб.
Тем не менее, эффективность работы соцслужб все еще не очень хорошо изучена и, конечно, стандарты оценки в данном случае требуют некоторой степени гибкости, которая не всегда сочетается с вертикальным подходом, доминирующим у нас. Как в таких условиях заставить соцслужбы работать качественно? В промышленном производстве для гарантии качества необходимо изучить не только окончательный продукт, но и весь процесс его производства. Качество не зависит только от знаний, навыков и опыта социального работника, оно обусловлено также самим управлением, коммуникационной инфраструктурой и практикой, возможностью продолжения обучения и повышения профессиональной квалификации.
Авторы указанного исследования считают, что работе соцслужб поможет укрепление и модернизация практики ведения социального законодательства, а также принятия постановлений, способствующих продвижению социальных услуг в сторону социальной интеграции и социальной политики.
Напомним, что нынешнее законодательство опирается на то, что нищета - это частная, индивидуальная проблема. Но тогда получается, что детям из социально-незащищенных слоев населения будет еще труднее получить шанс на развитие. Мы даже «откупиться» от них всех не сможем.
Все можно изменить, если социальная интеграция и вытекающие превентивные меры будут рассматриваться, как аспект внутренней безопасности России. Кроме того, нынешняя демографическая направленность говорит о насущной необходимости обеспечить лучшие социальные услуги для того, чтобы удостовериться в том, что как можно большее количество детей и молодежи из уязвимых групп получали бы возможность вести продуктивную, полноценную жизнь.
Вернемся к вопросу, как проверить качество работы соцслужб? В Великобритании существуют Комиссии по инспектированию общественных организаций, занимающихся соцработой. Круг обязанностей таких комиссий достаточно широк. У них есть такие функции, как инспектирование, управление и пересмотр деятельности социальных служб. Это позволяет им создать более рациональную и интегрированную систему. Первичные функции такой Комиссии заключаются в усовершенствовании структуры социального обеспечения. Комиссия по инспектированию общественных организаций (CSCI) в Великобритании была создана в 2004 году. Одна организация полностью контролирует всю индустрию социального обеспечения. Комиссия предоставляет полную картину состояния отрасли в Англии.
Однако в большинстве стран практика оценки социальной политики еще не стала регулярной. Так же обстоит дело и в Российской Федерации, где глубинная оценка социальных программ еще не сформирована. Очень часто это явление путают с введением новых законов, хотя реальные проблемы требуют скорее тщательного планирования, мониторинга и оценки социальной политики.
Одним словом, речь сегодня должна идти бы о создании новой культуры социальных служб, где для начала мониторинг и оценка являются неотъемлемой частью работы и обеспечения услуг.
Похоже на то, что именно вертикальная структура взаимодействия соцслужб приводит в конечно итоге к тому, что схема предоставления услуг будет негибкой и неэффективной, так как социальная поддержка должна создаваться на индивидуальной основе, не выходя за внутренние политические рамки.
Система социальных служб, не гарантирующая двусторонней коммуникации и введения принципа субсидиарности, рискует быстро превратиться в «бюрократическую машину» с налетом коррупции. Что обычно и происходит.
Что отмечают в своих исследованиях социологи сегодня? Безликое и абстрактное деление обязанностей и само формирование этих обязанностей характеризует сегодня соцслужбы. Акцент идет на стандартизацию работы и узкие специализации. Между тем, в основном работники соцслужб - это люди с низким уровнем образования и в большинстве своем рассматривают они свои обязанности исключительно как менеджерские. И это в лучшем случае.
Понятно, что система социальных служб с такими характеристиками будет экономически неэффективной, она не сможет выполнять поставленные перед ней задачи, ни в отношении социальной интеграции, ни в отношении социальной стабильности (безопасности).
Примеры другого ведения работы соцслужб в РФ уже есть. Они представляют собой, в основном, взаимодействие агентств и организаций, находящихся на одном уровне государственной власти, начиная от федеральных структур и заканчивая стоящими ниже муниципальными структурами. Сюда же входят и неправительственные организации, являющиеся ключевыми партнерами в области социального развития. Хорошим тому примером является основание различных центров на региональном и местном уровнях.
Между тем довольно слабым звеном работы соцслужб является концепция «переходящей ответственности», при которой все участники процесса являются коллективно ответственными, т.е. сказав другими словами, не несущими ответственность за результат. Такая система является препятствием для развития многопрофильного подхода при решении социальных вопросов на всех уровнях.
Еще одним существенным недостатком является отсутствие общего языка и коллективного понимания приоритетов и целей социальных программ. Опыт других стран показывает, что такое коллективное понимание может достигаться только практикой. И обязательно нужны площадки для обсуждения этих вопросов. В том числе и на международном уровне. Крайне важно, чтобы система была открытой для аккумулирования опыта специалистов из разных областей, используя преимущества многоцелевой стратегии при решении социальных вопросов.
Целесообразным было бы сконцентрировать усилия на объединительной идее Детства. Тогда будет легко осуществима главная задача - объективный опыт в конкретной области и коллективные знания группы. И это поможет родиться осознанной цели - сбережению населения в будущем. Вот тогда мы начнем думать о социализации детдомовского ребенка, а не как «откупиться» от него. Ведь талантливые и одаренные молодые люди встречаются одинаково равномерно в семьях различного статуса и материального положения. Отсутствие серьезных попыток хотя бы смягчить данную тенденцию ведет к социальной апатии населения, озлобленности против богатых и недоверию к властям. Все это накладывает существенный отпечаток на подрастающие поколения.
Самая эффективная модель социального лифта – образование, работает сегодня не на полную мощь. Престижные учебные заведения, в основном, это фильтр элит, отсеивающий людей по принципу происхождения, статуса, обеспеченности. При кажущейся общедоступности образования, современный родитель ребенка старшего школьного возраста понимает, что для того, чтобы ребенок достиг необходимого статуса в обществе, нужны деньги, статус родителей или связи.
Привлекательность профессии, практически, стала тождественна ее доходности. Процент тех, кто рожден в нижней (по уровню доходов) социальной группе семей, но при этом сможет выбраться из бедности, крайне мал. Нехватка кадров усугубляется и тем, что большое количество выпускников после окончания вузов работают не по специальности.
Наблюдается слабая связь высшей школы с бизнесом. Представители бизнеса предпочитают осуществлять поиск готовых профессионалов. В обществе нет уверенности в том, что профессионализм, как и социально ответственное поведение будут вознаграждены. Мотивация к труду становится не созидательной, а потребительской. Подрастающие поколения настраиваются на любую возможность «урвать» от жизни все.
Многое можно поменять, если взять за основу «детоцентризм». Например, концепция Всемирного фонда предлагает переключиться со взрослого отношения к детскому благополучию на подход, учитывающий точку зрения ребенка, признающий субъективные детские взгляды на их личное благополучие. Они предлагают учитывать то, как дети могут раскрыть их богатый потенциал на основе идей развития и процветания через преодоление преград и целеполагание. И это позволит учитывать целостный подход к личности человека.
То есть, если в основу работы соцлужб государство вкладывает понятие помощи Детству, тем самым меняет уже подход к работе органов.
Например, соцслужбы могут озаботиться механизмами регулирования горизонтальной социальной мобильности семей с детьми. Государственный подход должен проявляться в том, что работа соцслужб охватывает не только детей риска. А когда работает с их семьями тоже. Условно говоря, не просто отбирает детей их неблагополучных семей, а помогает адаптироваться к нормальной жизни их родителям. Необходимо переосмысление социальной работы с ориентацией ее на курирование семей в целом, с учетом всего комплекса их проблем и потребностей. Это, в первую очередь, воспитательная, образовательная, бытовая, материальная, психолого-педагогическая и правовая помощь повсеместно, и особенно в регионах. Параллельно, здесь важно системное преобразование интернатных учреждений для детей-сирот и детей, лишившихся родительского попечения, в центры семейного устройства детей. Нужны кардинально иные принципы и методы их организации и финансирования и иные критерии оценки их деятельности.
Кстати, сама модернизация социальных служб приведет в конечном итоге к повышению престижа и значимости социального работника и его профессии. Это будет способствовать обеспечению системы социальной поддержки детства квалифицированными кадрами, профессионально подготовленными специалистами, а также будет способствовать повышению компетентности самих родителей. В этом случае, действительно, начнет формироваться система социальных лифтов.
В заключение опять приведу выдержки из концепции Всемирного фонда образования, которые помогут осознать нам, в каком направлении движется сегодня политика в области детства за рубежом: «Все слои общества должны участвовать в разработке и реализации детской политики на всех уровнях. Это касается семей и сообществ, а также организаций и специалистов. Необходима переориентация образования, системы здравоохранения и социального обеспечения на совместную работу по продвижению принципов благополучия. Дети должны лично участвовать в процессе принятия решений, которые в дальнейшем будут влиять на их жизни. Предпочтение должно отдаваться прямому контакту с ребенком как целостной личностью с упором на его сильные стороны, развитие навыков и признание уникального потенциала каждого индивида.
Благополучие детей должно измеряться и контролироваться путем оценки ряда объективных и субъективных показателей благополучия».


Источники:

Концепция Всемирного фонда образования и Европейского консорциума фондов «Обучение – путь к благополучию», брошюра, пер. с англ. языка 2012 г.

Фонд «Общественное мнение» (htp://www.newsproject/ru), «Социальные лифты для РФ» 2011г.

Доклад Института Социологии РАН «Молодежь новой России – ценностные
приоритеты» (2010г).

Алексей Иванов, «Нужна конкуренция, а не «социальные лифты»,Новый Регион» 08.08.11 Москва

Аналитический доклад «Малообеспеченные в России. Кто они? Как живут? К чему стремятся?» ИС РАН, 2008 г. Михаил Горшков, директор Института социологии, член-корр. РАН, «Российская газета», 23.12.08 г.

Совместный доклад Независимого института социальной политики и детского фонда ООН, «Анализ положения детей в РФ: на пути к обществу равных возможностей», Москва, 2011 г.

Жене дель Веккью «Киндерсюрприз» для маркетологов: как создать долгоиграющий бренд», пер. англ., издат. Гранд, 2005 год.

Хенрик Хаубро, Баян Захариев «Белая книга». Портал dislife.ru, 2011 год

«Программа самозанятости в Тюменской области», сборник «Документы Правительства Тюменской области», 2010 г.

«Все о Великобритании», портал UK, раздел «Местное самоуправление».

Комментарии (0)