Для родителей,
заинтересованных
в будущем
своих детей

Ключевые сферы


О «Детстве»

Убрать из избранного (0) Добавить в избранное (0) Опубликовано: 21 августа 2010 г., 12:30

Тема «Детство» имеет приоритетное значение с точки зрения формирования нации, будущей конкурентоспособности России. Это значит, что проблема детства должна решаться как целостная и системная. До сих пор проблемы, связанные с детством, находятся в ведении различных ведомств, остаются отдельно обсуждаемыми и отдельно (неполно) решаемыми в образовании, медицине, благотворительности и многом другом.

Идея создания «Декларации о праве детей на будущее» сформировалась в ходе подготовке к публичным слушаниям на тему «Концепция долгосрочного социально-экономического развития Российской Федерации и будущее поколение». Декларация о праве детей на будущее должна стать своего рода общественным договором между обществом, властью и бизнесом, согласно которому детство будет одним из основных направлений для приложения усилий заинтересованных сторон. В результате работы над Декларацией, которую предстоит проделать Общественной палате, по итогам проработки новых подходов к проблемам детства и механизмов их разрешения, ОПРФ станет той площадкой, которая подготовит предложения по реформе социальных служб, связанных с детством.

Сергей Валентинович, как Вы пришли к теме детства? Вы шли классическим путём методолога, осмысливая ситуацию в целом?
Сергей Валентинович: - Да, мы занимались тем, что Вы назвали «классической работой методолога», то есть вели анализ экономической ситуации в регионах. И вдруг среди повседневных задач натолкнулись на такую вещь: «Ничего этого уже нет, мы уже отстали».
Прогноз, который мы построили, когда работали с регионами, состоит в следующем: обобщая все тенденции, можно сказать, что с 2012-го по 2016-й год наша страна переживёт трудные времена, население очень резко сократится, промышленность придёт в упадок, начнёт перестраиваться, придёт новое поколение. Собственно уже сейчас приходит поколение людей, которые никогда не жили в Советском Союзе.

 В это время произойдёт кризис политической системы. Почему? Потому что политическая система построена на электоральном факторе и пенсионерах. Пенсионеры уйдут, будет новый электорат, из молодых поколений. Представьте себе электорат из тех, которым совершенно не важно - единая Россия или их много.

Это исключительно Ваш прогноз?
Сергей Валентинович: - Знаете, он настольно общий, даже В. В. Путин про это говорил. Смысл состоит в том, что в этот отрезок времени произойдёт очень много сложных событий. Электорат сменится. К тому же, представьте себе, что в любой области, в российской глубинке, половина населения будет приезжими, не меньше! Просто иначе вообще остановится любое производство.

А как правильно назвать – приезжие или мигранты? Это же разные потоки?

Сергей Валентинович: - В нашей стране, к сожалению, это пока не определено. Дело в том, и это тоже относится к проблеме детства, что у нас нет осмысленной миграционной политики. Вот, по данным МВД у нас уже 10 млн. китайцев живёт. Как их назвать? Они уже во втором поколении нелегальные приезжие: кто-то адаптировался, кто-то - нет. Практически 8% населения – с юридической точки зрения неизвестно кто. Во многих странах мира поощряют качественную миграцию, привлекая специалистов. А у нас пока что даже масштабы явления в целом неизвестны.

Процесс продолжится, в России такого населения будет половина. Вы можете себе представить – вот что это за страна, в которой половина населения не имеет отчетливого  статуса? Допустим, что это - мигранты, но они не имеют карточки, значит они не мигранты, а кто они тогда? Нелегальные мигранты? А у них рождаются дети!

Когда Вы впервые сформулировали, что надо заниматься именно проблемами детства?
Сергей Валентинович: - Мы начали полтора года назад. Одна из глобальных проблем состоит в следующем: чтобы Россия могла на равных «разговаривать» со всем миром, вести конкурентоспособное производство, в ней должны жить как минимум 500 млн. человек.

Откуда они возьмутся? Сейчас наше население - всего 140 млн. То есть мы превращаемся в экономического карлика. В Европе есть страны-карлики, с ними разговаривают уважительно, всё хорошо, но они не являются ключевыми политическими игроками. Мы уже сейчас стремительно к этому идём.

На первый взгляд, принимаются меры. Создаются государственные корпорации, разрабатываются программы по разным отраслям, но это – промышленная модель развития. Мы, по-видимому, последняя страна в мире и единственная, которая строит экономику по промышленной модели. К 2030-му году, это тоже всем известно, это – не наш прогноз, практически всё, что мы сейчас пытаемся создать - автомобильное производство, электронику, произведет Китай и Индия.

За счёт чего можно «выскочить» из тупиковой ситуации? Опять же всем известно: за счёт интонационной, новой экономики, информационных технологий и т.п.
30-40-е годы станут реальной точкой момента истины: наша страна состоится или не состоится в качестве глобального действующего игрока. К тому времени регионы резко дифференцируются. Да они уже сейчас дифференцируются: одни - отсталые, другие держатся на сырье и промышленности, а инновационных нет вообще.

Понимаете, в чем главный вызов? Всего того, что мы сейчас обсуждаем: промышленный рост, регионы, бюджеты, их уже нет, это фантомы! Мир уже изменился, он ушёл в другую сторону.

Спрашивается, если мы про Россию думаем, мы про что должны думать в первую очередь?  Мы должны думать про детей, которые будут жить и работать в 30-40-х годах. С каким воспитанием и образованием?

Так появился ряд тем, связанных с вопросами будущего. Мы делаем большую программу «Российский дом будущего», с Общественной палатой РФ мы начали Общественную программу "Детство", тоже направленный в будущее. Наши проекты - футуристические, связаны не с нынешним состоянием, а с будущим.

Вы создали мощную теоретическую базу. А вот реальные инициативы в русле это проекта «Детство» есть? Что в русле этой концепции уже сейчас происходит?
Сергей Валентинович: - На самом деле работа над проектом «Детство» длится всего 6 месяцев. Смысл его состоит в нескольких вещах. Первое: нужно ответить на вопрос, что по этому поводу, думают ведущие, самые активные люди страны и вообще думают ли. Представлена ли у нас в государственной и общественной тематике тема детства?

Прежде всего, мы начали  работу с экспертами. Мы проанализировали всё, что по этому поводу сделано и написано в мире, провели и проанализировали интервью на эту тему с полусотней экспертов. Сразу стало ясно, что людей, осознающих сложившуюся ситуацию, практически нет!

Какая главная задача сегодняшнего дня? Надо ли анализ, который вами уже выполнен, довести до ведущих специалистов в своих областях?
Сергей Валентинович: - На первом этапе задача нашего проекта состоит в том, что бы на основании наших данных создать так называемую «дорожную карту». Варианты её уже есть.

Что такое «дорожная карта»? Это пошаговая инструкция?
Сергей Валентинович: - Не совсем. Дорожная карта не нацелена на конкретного человека или одну инстанцию.  Можно сказать, что дорожная карта - это система, которая объединяет разные интересы в одно целое.

Дорожная карта - это полисценарий, который помогает выбрать действия и оценить  их последствия. Появилась дорожная карта в качестве новой технологии, что бы начать целенаправленные действия на новом уровне, с новыми представлениями.

Это же страшный труд, вбить кому-то в голову совершенно новые представления о реальности. Обычно общество получало новое представление о реальности через какое-то физическое действие. Например, еду на телеге, и, вдруг навстречу - поезд! Сколько народу под этот поезд попало, сколько гаек открутили, пока наконец не осознали, что это другая техника, другое время. В Вашем проекте физического действия как такового нет, разве можно вложить людям в голову новую ситуацию, если они не «обжигаются» сию секунду?

Сергей Валентинович: - Смысл Дорожной карты и вообще нашей работы в следующем. Когда возникает кризисная ситуация, собирается народ, вызывает экспертов и спрашивает: что делать? Вопрос в одном: найдётся ли человек, который сформулирует разумное решение или нет.

Смысл всех технологий Общественной программы "Детство", что бы появилось хотя бы некоторое количество экспертов, которых, может быть никто сегодня и не слушает, но которые, при определённых обстоятельствах, смогут предложить более-менее разумные варианты решения. Это слой очень узкий и, естественно, он проявится в проблемных ситуациях.

Каким образом можно разработанную Вами систему приложить к системе образования?
Сергей Валентинович: - Есть насущная проблема – массовая школа. Дело в том, что если мы знаем, что 2030-2040 годы для российского населения будут критическим моментом, то найдётся ли несколько тысяч или несколько сотен тысяч людей, способных участвовать в этом новом мировом производстве или не найдётся? Вот сейчас всё так складывается, что не найдётся. А нужно, что б они нашлись и в этом смысле массовая школа важна именно для воспроизводства основного народного костяка.

 

Проект нашей школы не нацелен на авторство, безусловного лидера, талантливую личность. Хотя там заложен целый специальный механизм опоры на людей, но не преподавателей. Я думаю, что большинство людей, которые работали учителями в средней школе, туда не должны попасть. Вот например, Новая школа, концепцию которой мы создали совместно с Сергеем Черниковым.

 

В чём принципиальные отличия Новой школы от районной школы?
Сергей Валентинович: - Есть несколько вещей, которые в проекте «Новой школы» устроены радикально. Первое: там нет и не будет предметно-урочной системы. Второе: там не будет профессиональных преподавателей.

 

Американцы, кстати, предприняли колоссальные усилия и закрыли все педагогические ВУЗы. У них нет педагогического образования. Это стоило им большой крови и сейчас у них преподаватели – это выпускники обычных университетов по специальности. Единственное их отличие: когда они нанимаются в школу преподавателями, то проходят трёхмесячный курс обращения с детьми.

 

А в городе Куритиба в Бразилии (кстати, это один из лучших городов мира) мэр Джейм Лернер взял и вывез всех учителей города на два месяца, и они проходили целую серию тренингов на креативность, на разрушение стереотипов и т.д. Большинство их них не выдержало и сбежало из этой школы. Но иначе ничего нельзя сделать: проект преобразования города построен через детей.

 

Более того, мэр даже организовал специальные «Маяки знаний», что бы дети сбегали из школы. В каждом районе есть свой «Маяк знаний»: там библиотека, Интернет, и любой ребёнок может приходить и сидеть сутками, вообще не появляться в школе и дома. У них, к тому же, отказ от классов по годам.

А как же детские компании должны формироваться? Это же социализация, должны же подростки проходить этап социализации!
Сергей Валентинович: - А в школе это проходят разве? Как экспериментально это подтвердить? Мы однажды проводили обследование со студентами 1-2 курса, только что вышедшими из школы. У них проблемы не в физике-математике, а проблемы социализации: как обращаться со взрослыми, как между собой общаться. Никто этому в школах не учит, там происходит асоциализация. Почему? Потому что реально социализация происходит в рамках того, какими моральными качествами обладает учитель.

 

Если мы хотим иметь приличное общество, надо, чтобы средняя масса училась в приличных школах, а не в дисциплинарных учреждениях!

 

А у нас один из прогнозов в чём состоит? Представьте себе следующую ситуацию, идёт миграционный поток детей. Он – некачественный. У нас нет качественной миграции, как в Штатах или Европе, там же очень жёсткие механизмы «выдёргивания» лучших: с образованием, семейных и т.д. У нас запрет идёт на то, что бы привозить детей. Приезжают на несколько месяцев, вот эти 6 месяцев он регистрируются, потом уезжают, дети у них – там. А те дети, которые здесь привозят и получаются, они все «подпольно».

 

Сейчас в российской школе, скажем, за пределами Садового кольца и крупных центров, совершенно стандартная практика, когда на уроки приглашают милиционера, чтобы следил за порядком, поскольку учитель не справляется. Это уже – дисциплинарное учреждение принудительного содержания.

 

С другой стороны, есть очень небольшая часть детей, которая уже получает другое образование. Известный факт: Apple уже вывесил всю программу 12-ти летней интерактивной школы на своём сайте, то есть любой ребёнок из России может быстро очень за год или два получить диплом по почте. И наиболее сообразительные это быстро поймут.

Комментарии (0)